Бойня в Якутии. Как спасти Россию от стрелков-психопатов
Спустя около года после расстрела людей в подмосковном Кратове аналогичная трагедия произошла в якутском селе Булгунняхтах, превратив беду массовых убийств людей неадекватами из исключительно западной в российскую
Действительно, как это ни прискорбно и, возможно, несколько цинично звучит, но массовыми расстрелами мирных граждан различного рода психопатами в США мир давно уже не удивишь. Еще в 1966 году снайпер американских ВМФ, образцовый ученик и бойскаут Чарльз Уитман убил подобным образом 16 и ранил 32 человека, предварительно расправившись с матерью и женой.
С недавних пор вслед за Северной Америкой начала «подтягиваться» и Европа, во многом благодаря мигрантскому фактору, хотя пальма первенства здесь, как это ни парадоксально звучит, принадлежит идейному борцу с их засильем Андерсу Брейвику. Норвежец в свое время лишил жизни 77 и ранил 151 человека в норвежской столице Осло и пригородном острове Утейа.
Андерс Брейвик лишил жизни 77 и ранил 151 человека в норвежской столице Осло и пригородном острове Утейа. Фото: www.globallookpress.com
И вот теперь Россия. На счету вышеупомянутого «кратовского стрелка», экс-«эмчеэсника» Игоря Зенкова шесть загубленных жизней. Впрочем, до него были электрик Сергей Егоров, застреливший по пьяному делу четверых женщин и пятерых мужчин в Редкине под Тверью, Илья Асеев, расстрелявший пятерых байкеров в подмосковном Челохове, и «аптечный стрелок» Дмитрий Виноградов, на совести которого шестеро убитых и один раненый в столичном Северном Медведкове. Так что, к сожалению, наша страна теперь уже не отстает от «прогрессивного мира» и в этой кровавой тенденции. Погибших у нас, конечно, меньше в разы, но кто станет мериться загубленными жизнями?
«Якутский стрелок» Александр Новиков унес с собой на тот свет (убив соседей, он впоследствии застрелился сам) пятерых человек, в том числе женщину и 11-летнего мальчика, 12-летней девочке удалось спастись. Говорят, жил убийца замкнуто, ни с кем не общался, окна в его доме были всегда заколочены. По одной из версий, которые ходят сейчас в медиа, соседи «довели» угрюмого одиночку тем, что требовали от него денег на спиртное. Как бы то ни было на самом деле, их теперь уже нет в живых...
Резня в Перми: Вдохновлённые американскими убийцами и Навальным
В том, что спровоцировало трагедию, предстоит разобраться следствию, хотя оценка массовому убийству целой семьи может быть только одна, и вряд какие-либо аргументы смогут оправдать убийцу. Но Царьград со своей стороны попытался ответить на другой вопрос: что нужно сделать для того, чтобы пришедшая с Запада мода стрелять по безоружным людям не стала нашей повседневностью? Для чего обратился к экспертам, мнения которых ожидаемо оказались полярными.
Так, лидер общественного движения «Право на оружие» Игорь Шмелев рассказал Царьграду, что причина подобных кровавых трагедий заключается отнюдь не в том, что убийцы расправлялись со своими жертвами при помощи огнестрельного оружия. Общественник убежден: погибшие не смогли стрелять в ответ, в этом проблема.
Запрет на легализацию огнестрельного оружия для населения такие случаи не пресечет, но если, например, у меня оружие есть, я могу что-то противопоставить такому убийце, то большинству людей просто нечем защитить себя, — убежден Шмелев. — Если у меня есть оружие, то я могу вмешаться в подобную ситуацию, приняв меры для защиты третьих лиц. Но, к сожалению, наша правоохранительная система из любого случая необходимой обороны пытается сделать уголовное преступление, поэтому наши люди боятся защищать и себя, и, тем более, третьих лиц. Увеличение количества легального огнестрельного оружия, как показывает мировая практика, не приводит к увеличению преступности, в противном же случае, как это было, например, в Великобритании или Австралии, после того как легальное оружие изымалось, это приводило к росту преступности, причем вооруженной преступности».
Решить проблему лидер «Права на оружие» предлагает двумя способами:
«Это право на владение оружием для самообороны, но не тем, что у нас считается оружием самообороны сейчас, а нормальным — пистолетами и револьверами, — компактным и эффективным. И, конечно, как это ни парадоксально звучит, работа правоохранительных органов. Убийца вел замкнутый, по всей видимости, асоциальный образ жизни и должен был привлечь внимание полицейских, но не привлекал вплоть до момента совершения преступления. Психически неадекватный должен находиться в соответствующих социально-медицинских учреждениях, но эта система у нас развалена».
Фото: Ivan Kacarov / Shutterstock.com
Абсолютно другой точки зрения придерживается председатель общественного движения «За безопасность», руководитель одного из отечественных охранных федеральных холдингов Дмитрий Курдесов:
Монополия на насилие должна быть у государства, — высказал убежденность эксперт в ходе разговора с Царьградом. — Если мы начнем вооружать рядовых граждан, то я буду просто бояться выходить на улицу, потому как не могу залезть в голову к каждому и не знаю, кто с утра встал не с той ноги. Ложное чувство превосходства над другими или безопасности, которое дает огнестрельное оружие, рано или поздно приводит к формированию "групп по интересам", что мы проходили уже в девяностые, когда некие молодые люди считали себя и правителями, и судьями, и плачами в одном лице. Поэтому ни в коем случае нельзя увеличивать количество оружия, можно только ужесточать законодательство.
Даже выдачу травматического оружия, т. к. оно провоцирует людей на неадекватные поступки, хранится неизвестно как, и дети могут взять травмат, принести его в школу и начать стрелять. Дорожные споры зачастую "решаются" с его помощью. Мы против любого вида оружия в свободном доступе. Есть спортивное, охотничье оружие, увлекаетесь им — увлекайтесь в специально отведенных для этого местах: в тирах, в местах охоты».
Улан-Удэ, Пермь, что дальше?
Курдесов убежден, что в случае с «якутским стрелком» и ему подобным налицо недоработка правоохранительных органов:
«Должна быть грамотно налажена работа участкового. При выдаче оружия тот обязан проверить место хранения и адекватность самого кандидата на получение оружия. И вот тут в нашем законодательстве имеется пробел. Участковый проверяет место хранения, человек предоставляет справку из психдиспансера и все, а вот социальная оценка ему не дается. В советские времена, чтобы приобрести оружие, нужно было как минимум принести характеристику с места работы, сейчас этого не требуется. Но если, как в Якутии, человек замкнут, ведет неактивный социальный образ жизни, такую характеристику ему бы просто-напросто не дали».
В свою очередь, известный психиатр-криминалист Михаил Виноградов, комментируя проблему Царьграду, высказал убеждение, что новый законопроект о психиатрии, который сейчас готовит Госдума, будет способствовать профилактике подобных преступлений, совершаемых психопатами-одиночками.
К сожалению, такие инциденты время от времени случаются, — убежден врач. — Но сейчас ситуация осложнена тем, что в современной России существует серьезная проблема с оказанием психиатрической помощи. В советское время я начинал психиатром на участке. И был один больной, который считал себя царевичем, сыном Василисы Прекрасной, и с охотничьим ружьем в руках начал восстанавливать свою царскую власть. Мы выехали к нему вместе с милицией, вынудив его отстрелять все патроны: то медсестра на палке шапочку белую поднимала, то милиционер — фуражку. А потом, когда стрелять стало нечем, вышли из укрытия и забрали его в больницу.
Сейчас в Госдуме создана специальная комиссия по новому положению о психиатрии и выработке мер по отношению к таким случаям. Я как консультант тоже давал рекомендации. Психически больных, которых можно считать общественно опасными, буквально два-три человека на каждую тысячу больных. И сегодня речь идет о том, чтобы вернуть советский закон с учетом поправок сегодняшнего дня. Что позволит психиатрам приехать домой, побеседовать с соседями, если больной внешне вызывает сомнение, его посадят в машину, отвезут в психоневрологический диспансер, где с ним побеседуют опытные дежурные врачи. И потом либо отправят на принудительное лечение, либо, если удается достучаться до его сознания, он сам примет решение о госпитализации».
Что ж, вариантов предложено много, и все они разные. Но общее в них только одно — оружие само по себе не опасно. И становится, собственно, оружием, только попав в руки человека, жаждущего крови и смерти. Свести количество таких людей к абсолютному минимуму, отучить решать проблемы стрельбой, изъять куль насилия из мировоззрения наших людей — вот задача максимум, которую предстоит решить нашему обществу, пока стрелки-убийцы не стали завсегдатаями новостных передовиц.