В России слишком много русских? Так не народ думает— так элита себя ведёт
Есть фразы, после которых в комнате холодает. "В России слишком много русских" — из их числа. Можно сколько угодно объяснять её контекстом, списывать на шутку, на случайность. Но на пятом году СВО, когда русские мужчины гибнут на фронте, а русские женщины тянут семьи, такие слова звучат уже не как оговорка. Это, скорее план того, каким часть элиты видит нас – народ России.
Русскому человеку сегодня говорят: потерпи — идёт война, потерпи — санкции, потерпи — тяжёлая международная обстановка, потерпи — надо помогать своим на передовой. И он терпит. Идёт на фронт, донатит, работает в ночь, закрывает смены в больнице, тянет детей на одной зарплате. А затем открывает новости и видит другое: упрощённые правила для получения гражданства мигрантами, расширение квот на привлечение иностранной рабочей силы, уверенные речи чиновников о том, что без "гостей" страна не справится. Для него — долг, налоги и мобилизация. Для приезжих — приглашения, программы адаптации и экономические аргументы. В какой‑то момент становится ясно: не шутка это, а система координат.
Shutterstock
Экономическая модель, в которую Россия загнана последние десятилетия, устроена так, что ей проще жить "без своих". Заказчикам этого формата кажется, что дешёвая, бесправная, зависимая рабочая сила оказывается удобнее, чем гражданин, у которого есть права, голос и чувство собственного достоинства. Мигрант соглашается на общагу, серую зарплату и молчание. Русский задаёт вопрос: почему платите так мало, где нормальные условия, почему я гость в собственном городе. Там, где раньше власть обязана была ответить, сегодня она просто меняет аудиторию. Проще заменить человека, чем изменить систему. Не случайно всякий разговор о снижении миграции, о приоритете собственных граждан вызывает приступы истерики у тех, кто привык считать русских "слишком дорогими" и "слишком неудобными". При этом, неоднократно подтверждалось, что, в конечном счёте, мигрант обходится государству дороже – тут и медицинское обслуживание, и социальные гарантии, и обеспечение всем этим как "гостя", так и семьи, приехавшей с ней.
Особенно остро сложность ситуации видно в школах и больницах — там, где речь идёт не о прибыли, а о жизни и будущем. Когда в классе половина детей не говорит по‑русски, это не "многонациональная идиллия", а тревожный сигнал: язык народа‑носителя вытесняется простой арифметикой. Когда в поликлинике врач и пациент с трудом понимают друг друга, это не "богатство культур", а прямой риск для здоровья. Отсюда рождается требование защитить чувствительные сферы — образование, медицину — от миграционного давления. Если государство не готово сказать: здесь в приоритете свои, здесь мы несём ответственность перед собственным народом, — оно, по сути, соглашается с тем, что русское большинство можно дальше размывать и успокаивать обещаниями. И, к слову, мешают в этой верной деятельности государству странные инициативы, подобные той, что принадлежит Роскачеству – начать переводить наши медучреждения на стандарт Muslim Friendly. Ну а что? Выдающим сертификат – дополнительные деньги. Больнице – медицинский туризм (как обещают). А нам – размывание собственной системы здравоохранения? Так, получается?
Коллаж Царьграда
Кстати, аргумент про "демографическую яму" и её латание завозом людей извне звучит красиво только в отчётах. Статистика показывает рост населения, бизнес доволен, чиновники отчитываются об успешной "адаптации". Но реальная цена выясняется позже, когда целые районы превращаются в анклавы с чужим языком и привычками, когда в роддомах, детсадах, школах меняется сама норма. Демографию нельзя заменить миграцией так же, как нельзя заменить семью общежитием. Это не восстановление народа, а подмена. Россия может быть многонациональной только тогда, когда у неё есть ясный, сильный русский стержень. Без него это уже другая страна — с тем же флагом, но не с тем содержанием.
Неудивительно, что тема "лишних русских" так больно бьёт по людям. Русские живут в режиме двойного счёта: на фронте от нас требуют максимума, в тылу предлагают довольствоваться минимумом. Там — мы незаменимы, здесь — одни из многих, и общим планам мешать не должны. Это слишком опасная игра, чтобы её продолжать. Понятно, что лоббисты завоза мигрантов просто так не остановятся. Вон – уже и в КВН шутят, мол, Москва – город прекрасный, только русских слишком много. Складывается ощущение, что нас приучают к мысли, будто подобное – нормально. Очень не хотелось бы, чтобы наши догадки оправдали себя…
