Больше, чем халатность: эксперты заподозрили биологическую диверсию в Иркутске и не только
Иркутская область оказалась в эпицентре событий, которые выходят далеко за рамки локальных новостей. Массовая гибель собак после вакцинации "Мультиканом" и тревожные слухи о вспышках инфекций — случайность или звенья одной цепи? Эксперты задаются вопросом: не стала ли Сибирь полигоном для биологических диверсий?
В последние недели Иркутск превратился в зону повышенного напряжения. Сначала — шокирующие сообщения о гибели домашних питомцев после прививок, затем — разговоры о "чуме", которые моментально обросли домыслами. Пока официальные органы ведут расследование, в экспертном сообществе зреет пугающая гипотеза: а что, если это не просто халатность, а спланированный удар?
Оружие, которое не оставляет следов
Политолог Сергей Маркелов в беседе с "Царьградом" предложил взглянуть на ситуацию без розовых очков. По его мнению, биологическое воздействие — это "невидимая история", которая в современной геополитике может быть эффективнее любого ядерного заряда.
Биологическое оружие — а в данном случае мы говорим именно о нём, об инфекциях — с точки зрения военной реальности одно из самых сильных в мире. Есть ядерное оружие, но оно видимое, а это невидимая история. Мы прекрасно понимаем, как подобные вещи работали в прошлые войны: заразили водопровод — и не надо никакую бомбу бросать,
— отмечает эксперт.
Почему именно Восток?
География инцидентов вызывает у аналитиков закономерные вопросы. Почему "рвётся" именно там, где Россия сегодня выстраивает свои главные экономические мосты с Азией?
Добавим сюда ещё одну объективную идею: мы ориентированы на Восток. Восточные территории России становятся ключевыми... Становится интересно: бактериологических лабораторий в России больше в европейской части, чем в восточной, но выстрелило именно в восточной. Это тоже вызывает вопросы,
— подчеркивает Маркелов.
По мнению политолога, версия о целенаправленном вмешательстве не является плодом больного воображения или теорией заговора. Это "здравая экспертная логика", учитывающая, что в мире, где правила игры постоянно меняются, биологические угрозы становятся инструментом сдерживания развития страны.
Война после войны
Главная цель подобных диверсий, если они имеют место, — не уничтожение всего живого, а создание хаоса, который затормозит развитие региона на десятилетия. Маркелов проводит параллель с историческими процессами.
Вопрос не в том, чтобы всё остановить, а в том, чтобы сбить остроту, сбить скорость... Настоящая война начинается после того, как война закончилась. Постконфликтные последствия тяжелее с точки зрения восстановления, продолжительнее и менее понятны, чем сама война.
Уважаемые читатели Царьграда!
Если вам есть чем поделиться с редакцией Царьград Санкт-Петербург, присылайте свои наблюдения, вопросы и новости на наши странички в социальных сетях "Вконтакте", "Одноклассники", на наш "Телеграм-канал" или на электронную почту spb@Tsargrad.TV