"Один из 300 запорожцев": Раненого добровольца чиновники отправляют из России в Донбасс
Александр Агапов начал свою борьбу за Русский мир 8 лет назад с унижения на площади в Запорожье. Сражался за свободу Донбасса, несмотря на то что от него отвернулись родственники. Недавно был ранен. Попал в питерский госпиталь, откуда его чиновники отправляют на лечение в Донецк. Туда, где и без него полно раненых, где свет с водой бывают лишь эпизодически. В ситуации разбирался Царьград.
Довоенная биография Александра Агапова проста. Родился в 1973 году в семье рабочих. Службу в армии начал в СССР, а демобилизовался уже из Збройних сил України. Женился, у него родились двое сыновей. Работал шахтёром, промышленным альпинистом и машинистом горноуборочных машин. Все шло своим чередом, пока не наступил 2014 год. На Евромайдане жгли бойцов "Беркута". А юго-восток страны охватили протесты недовольных дискриминацией всего русского.
Янукович отказался от кабальных условий, которые предлагали Украине для вступления в Евросоюз. Невежественные люди, которые скакали на Майдане, не читали тот договор,
– говорит Александр, который на тот момент прочитал все 409 страниц документа. Говорит, что ему было сразу понятно: Европа сожрёт Украину, страна превратится в источник ресурсов и рынок сбыта, закроются предприятия, люди останутся без работы.
В начале апреля 2014-го наш герой с группой единомышленников выехал в Донецк, помогал строить баррикады. Через неделю он вернулся в Запорожье навестить семью. И оказался на площади вместе с тремястами земляками, которые вышли против Майдана.
После митинга мы шли колонной на Аллею Славы. Основная часть людей разошлась и осталось примерно 300 человек. Нас окружили члены праворадикальных группировок, которых свезли из разных областей по приказу Коломойского,
– рассказал Александр.
В них летели камни, яйца, пакеты с мукой и флаконы с "зелёнкой", людей били битами. И даже стреляли из травматического оружия. Пуля попала в Александра, прошила кожаную куртку…
Кадры тех событий облетели весь мир. Отважных людей, окружённых разъярённой толпой, прозвали "300 запорожских спартанцев". 8 часов длилось это противостояние.
Всех несогласных доставили в отделение полиции и переписали. После этого Александр твёрдо решил вернуться в Донбасс, тем более что дома его теперь не ждали.
Без поддержки семьи
Жена Александра поддержала сторонников Майдана, наивно мечтая о лучшей жизни. А дети были на тот момент малы (6 и 11 лет), чтобы иметь собственное мнение. Однако со временем украинская пропаганда сделала своё дело: система превратила мальчишек в ярых противников России.
Все эти годы он поддерживал связь с детьми, однако после 24 февраля общение сошло на нет – сыновья отказались общаться с отцом. Несмотря на это, Александр спецоперацию поддерживает. Причём, как он сам подчеркнул, всеми руками и ногами. Даже ранеными.
Шервудский лес
После событий в Запорожье в день референдума, 11 мая, Агапов поступил на службу в батальон "Восток" к Ходаковскому. Там ему дали позывной "Лютый". За то, что люто ненавидел нацистов. Там он прослужил до 2015 года, а затем уехал, чтобы вернуться.
Уже в январе этого года Александр был в ДНР. Потому что ему было очевидно, что боевых действий здесь не избежать.
Можно сказать, что я угадал. Я вступил в отряд к Клуни (Тарас Гордиенко – прим. ЦГ), которому потому героя ДНР дали. После его смерти мы всей группой перешли в отряд "Север". Там меня и ранили 29 июля,
– вспоминает Лютый.
Бой, в котором он получил ранение, проходил на границе Донецкой и Харьковской областей, в Шервудском лесу. Так это место прозвали сами бойцы. Сражаться в густой чаще непросто, мешает ограниченная видимость и снайперы, которые легко растворяются среди деревьев после смертельных выстрелов.
Там Лютый получил ранение во время артобстрела. После первого взрыва вовремя среагировал. А после второго залпа услышал только разрыв за спиной. Снаряд упал близко, пороховыми газами посекло все открытые участки тела. Один осколок впился в левое бедро.
Хорошо, что рядом оказались наши санитары. В течение буквально двух-трёх минут они меня уже перевязали и примотали шину к ноге. Так что моя транспортировка была удачной.
Поделился Александр и новостями с фронта. По его словам, нашим бойцам сейчас приходится непросто, особенно после того как они выяснили, чем занимаются вэсэушники в Харьковской области: проводят устрашающие акции, казнят мирных людей.
А вот на стороне врага атмосфера иная. По словам Александра, противник хорошо замотивирован, а все те, кто попал в плен, говорят, что не знали, что делали, и ни в кого не стреляли, явно лукавят:
Считаю, что не нужно им делать никаких поблажек. Будь то нацбаты, или вэсэушники. В данный момент они все заодно.
Кстати, такого же мнения придерживалась и легендарная Корса, которая командовала реактивным артиллерийским дивизионом "Град".
Не тот паспорт
После боя Александра переправили в Росссию и прооперировали в Военно-медицинской академии Санкт-Петербурга.
Здесь очень хорошие специалисты. Но в академии только делают операции. Дальше меня должны были направить на реабилитацию в госпиталь, а затем привезти обратно в академию, на вторую операцию. Снять аппарат Илизарова, поставить пластину для скрепления кости. Она сильно раздроблена, со смещением,
– рассказал Лютый.
Однако госпиталь не захотел принимать раненого бойца: у него гражданство Украины. Он подал заявление на паспорт ДНР. Но забрать его в нынешних обстоятельствах весьма трудно.
По доверенности я это сделать не могу, паспорт должны выдать лично в руки. Я написал на днях в посольство ДНР в Москве и попросил, чтобы его переслали в посольство, а его представители уже через своих людей вручили мне. Но пока мне никто не ответил,
– сетует Агапов. Впрочем, дело может быть не только в паспорте.
Второй вариант, почему меня не хочет брать госпиталь: я заключал контракт не с Министерством обороны, а с ЧВК "Редут", я – доброволец.
О том, почему добровольцев не любят в наших военных госпиталях, Царьград уже писал. Эта проблема коснулась сотен раненых, которые не могут из-за чиновников получить медпомощь.
Дожидаться операции Лютому придётся в Донецке. Вот что по этому поводу говорит военкор Александр Коц:
Я понимаю, что у нас в Донецке героические врачи. И сотни раненых проходят там лечение. Но в нынешних условиях, когда вода и свет там появляются эпизодически, тяжелораненых после операций логичнее везти на восстановление в Россию, а не наоборот.
Будем надеяться, что боец, который не жалел своей жизни, боролся за Русский мир, не сгибая головы под осколками вражеских снарядов, получит помощь в России.
P.S. Когда мы готовили этот материал, стало известно, что бойцу пообещали содействие в решении его вопроса. Хорошо, если Александру помогут, но подобных ситуаций десятки, просто люди молчат о них. Царьград будет следить за развитием событий.